Новости/Эксклюзив
  • В Казань прилетела Жар-птица Сегодня стартовал Фестиваль национальных литератур народов России, в котором Татарстан принимает активное участие. Логотип фестиваля - сказочная Жар-птица, в хвосте которой спрятались орнаменты коренных народов России.
    121
    0
    0
  • Кокэси как оно есть В Казани откроется выставка деревянной японской куклы кокэси.
    145
    0
    0
  • Штраф равен зарплате В Татарстане установлены штрафы за нарушение масочного режима. У некоторых татарстанцев размер зарплаты не дотягивает до размера штрафа.
    151
    0
    0
  • «Выхожу один я на дорогу» Только Федор Волков будет представлять Татарстан на III Всероссийском музыкальном конкурсе по специальности «Духовые инструменты».
    144
    0
    0
Видео
  • Вечные люди

ИЗАБЕЛЛА ЭБЕРГАРДТ: амазонка в Сахаре

В 2019 г. в легендарной серии «Жизнь замечательных людей» вышла книга Натальи Бегловой о судьбе удивительной женщины – Изабеллы Эбергардт. Наталья Беглова уже знакома нашим читателям: на страницах «Идели» выходили ее рассказы. Сегодня в подготовленном специально для нашего журнала очерке Наталья Спартаковна рассказывает о героине своей книги, которая вызывала восхищение одних и шокировала других мужской одеждой, независимостью, обилием любовных связей, и, наконец, обращением в ислам, и жизнью среди кочевников в пустыне Сахара.

ЧУДО ЧУДНОЕ, ДИВО ДИВНОЕ 
Судьба этой женщины – путешественницы, журналистки и писательницы, родившейся в Женеве в конце XIX века в русской семье, – столь необычна, что кажется романом. Приключенческим романом, написанным чрезвычайно талантливым писателем. И этим писателем была сама Изабелла Эбергардт, которая творила свою жизнь, как другие создают произведения искусств.

Вот что как-то сказал Акунин о жизни Изабеллы: «Сказки Шахерезады. Что ни факт – чудо чудное, диво дивное». Эта поразительная женщина за свою короткую жизнь прошла через совершенно невероятные приключения, которые не снились никакому Лоуренсу Аравийскому. 

Имеется немало биографий Изабеллы Эбергардт на английском, французском и арабском языках. В странах Европы и Магриба имя этой женщины снискало широкую известность, а вот в России о ней мало кто знает. Следует вернуть это имя российской истории! 

«НЕРАВНЫЙ БРАК»

 Необычна уже жизнь матери Изабеллы – Натальи Эбергардт. Ей было 20 лет, когда ее выдали замуж за Павла Карловича Мёрдера – генерала, героя Отечественной войны 1812 года, участника Кавказских кампаний, сенатора. Павлу Карловичу в момент свадьбы уже исполнился 61 год. Сразу возникает в памяти картина Пукирева «Неравный брак». Но на самом деле жизнь семьи поначалу складывалась вполне счастливо. 

Преклонный возраст мужа не помешал супругам произвести на свет пятерых детей. У Мёрдера уже было трое детей от первого брака. Для воспитания детей в помощь Наталье Николаевне наняли учителя – красавца и вольнодумца Александра Трофимовского. Один из мифов: Наталья Николаевна сбежала от мужа с Трофимовским за границу, прихватив детей. 

Это не соответствует действительности. В архивах найдены документы, подтверждающие, что Павел Мёрдер отпросился в отпуск. К тому же уезжали явно ненадолго. Взяли лишь троих детей, пятеро остались с родней мужа. Наталья Эбергардт отличалась слабым здоровьем, и муж решил подлечить ее в Швейцарии. Семья обосновалась в Женеве, на вилле «Фендт». Убедившись, что жена хорошо устроена, Павел Карлович в конце лета этого же года уехал на родину, где его ждали дела. Видимо, он рассчитывал вскоре вернуться, но обстоятельства сложились так, что этого не произошло, и он не присутствовал при рождении своего последнего сына – Августина, а в 1873 году Павел Карлович Мёрдер скончался в возрасте 76 лет. Оказавшись в Швейцарии одна, с детьми, Наталья Николаевна нашла в Александре Трофимовском надежного советчика и помощника. Постепенно отношения перешли в иную плоскость, и Трофимовский стал для все еще молодой и привлекательной женщины гораздо больше, чем просто наставником детей и другом. Почему Наталья Николаевна и Трофимовский не оформили свои отношения после смерти Павла Мёрдера? Как выяснилось, у Трофимовского на Украине осталась жена и дети. 

В 1877 г. на вилле «Фендт» на свет появилась девочка, которую назвали Изабеллой. Интрига возникает уже при появлении девочки на свет, поскольку при регистрации в Женеве ее записывают как незаконнорожденную и дают ей девичью фамилию матери. Есть несколько легенд относительно того, кто был отцом Изабеллы, но, скорее всего, им был Трофимовский.

 ОРИГИНАЛКА И МЕЧТАТЕЛЬНИЦА 

Александр Трофимовский был личностью необычайно интересной и своеобразной. Это был анархист и эрудит, полиглот, человек с широким кругозором. Он лично занимался воспитанием Изабеллы, она не ходила в школу, поскольку Трофимовский считал, что в школах детей «не учат, а калечат». Трофимовский привил ей любовь к чтению. Изабелла в детстве выучила французский, итальянский, немецкий, греческий, латынь, а позже – два восточных: турецкий и в совершенстве арабский. Трофимовский был последователем учения Льва Толстого. Все дети работали по дому, слуг не держали. Изабелла также была приучена к физическим нагрузкам: она занималась конным спортом, совершала длительные прогулки по берегам Женевского озера, работала в саду. 

Трофимовский приучил ее носить мужскую одежду: он считал, что так гораздо спокойнее выходить в город. В юности Изабелла коротко стригла волосы и расхаживала по улицам в матросской форме, шокируя примерных швейцарцев своим обликом. В итоге такого воспитания к 17 годам Изабелла была прекрасно образованной и чрезвычайно свободомыслящей личностью. 

«Я – оригиналка и мечтательница», – позже напишет она сама о себе. С детства Изабелла грезила Востоком, она отдала свое сердце странам Магриба – Алжиру, Марокко и Тунису. 

ВИДЕНИЕ МАГРИБА 

Уже самые первые ее произведения посвящены Магрибу. Она, еще никогда не выезжавшая за пределы Женевы, в одной из своих первых повестей «Видéние Магриба» рассказывает о приключениях героев в Северной Африке. И делает это настолько убедительно и захватывающе, что весьма солидное издание, не задумываясь, публикует произведение совершенно никому не известного автора, скрывавшегося под мужским псевдонимом. 

Повесть имеет очень четкий идейный контекст. Более того, ее конец воспринимается как финальная сцена фильма, имеющего остро антиколониальную направленность. Эбергардт дает описание местности, разоренной прошедшими здесь войсками: почерневшая земля, охваченная огнем мечеть, разрушенные дома и повсюду изуродованные трупы людей. Рассказ написан в то время, когда большинство европейцев рассматривали колониализм как политику, которая несет благо и просвещение в неразвитые и отсталые страны. А тут совсем молодая девушка, даже не побывавшая еще в этих «облагодетельствованных» странах, поняла суть происходящего. 

Для того чтобы писать, Эбергардт нуждается в просторе, в каждодневной смене пейзажей и ощущений. Еще в Женеве она констатирует, что не просто не создана для оседлой жизни, но жизнь для нее – в преодолении, в борьбе: «Странная вещь, мне жизненно важно, чтобы вокруг происходила смена декораций. Без этого радость тускнеет, счастье теряет остроту, становится монотонным и приедается, и я опять страдаю. Напротив, в моменты борьбы, кризисов и отчаяния я ощущаю прилив энергии и успокаиваюсь…» Вряд ли Изабелла читала Карла Маркса, но, бесспорно, в одном они с Марксом похожи: для обоих счастье жизни – в борьбе.

 ВПЕРЕД, ЗА ЗВЕЗДОЙ КОЧЕВОЙ 

Вскоре брат Изабеллы Августин – самый любимый и близкий человек на свете – записался во французский Иностранный легион. Изабелла убедила мать поехать в Алжир, навестить Августина. Это произошло в 1897 году, Изабелле только что исполнилось 20 лет. Сначала мать и дочь отправились в Марсель, а уже оттуда в Алжир и поселились в городе Бон. Так до 1963 г. называлась Аннаба – ныне крупнейший город северо-востока Алжира. Вскоре и мать, и дочь приняли ислам: мать взяла имя Фатма Маннубия, а Изабелла стала Махмудом Саади. В исламе Изабелле виделась религия «всеобщего братства и справедливости». К тому же девушка хотела порвать с тем обществом, в котором выросла и которое не принимала. 

Не прошло и полгода, как Наталья Николаевна умерла. Это было страшным ударом для Изабеллы. Ей пришлось вернуться в Женеву. Она рассчитывала получить оставшееся после смерти Натальи Николаевны наследство. Но за него началась битва между детьми, приехавшими в Женеву с Натальей Николаевной, и теми, кто остался в Петербурге. Тяжба длилась очень долго, дело осложнялось еще и тем, что Изабелла была записана как незаконнорожденная. И в итоге, несмотря на завещание Натальи Николаевны, Изабелла практически ничего не получит. 

Через несколько лет, в 1899 г., когда умрет Трофимовский, он оставит в наследство Изабелле и Августину виллу «Нёв», на которой последние годы жила семья в Женеве. Но и тут возникнут проблемы, поскольку жена и дети Трофимовского, оставшиеся в России, вступят в борьбу и за эту виллу. 

Реклама

Оставшись практически без средств, Изабелла тем не менее возвращается в Алжир. Она поселится здесь, будет, как и мечтала, вести жизнь кочевницы и одновременно, занимаясь журналистикой и литературным трудом, пытаться заставить людей, никогда не бывавших в Сахаре, полюбить эти песчаные просторы, наполнявшие ее саму «меланхолией и очарованием».

 Еще в детстве Изабелла почувствовала, что кочевать – ее судьба. Она так и писала о себе: «Уже в детстве я была кочевницей и знала, что останусь кочевницей навсегда». Она путешествует по Магрибу, забираясь туда, куда редко отваживались отправиться даже мужчины-европейцы. Происходят постоянные столкновения с французской администрацией. И местных чиновников можно понять: что прикажете делать с непонятной особой, которая называет себя Махмуд Саади и при этом предъявляет российский паспорт на имя Изабеллы Эбергардт? 

Изабелла ни на минуту не прекращает журналистской и литературной работы. Она пишет очерки, новеллы, романы. Рассылает свои произведения в алжирские и французские журналы и издательства. Но поначалу ни журналистика, ни тем более литературный труд не приносили ей никакого дохода. Изабелла, быстро растратив те немногие деньги, что имелись в ее распоряжении, в полном смысле жила в нужде. Зарабатывала то переводом, то написанием писем для безграмотных на рынках. 

Возникает вопрос: неужели никто не видел, что это отнюдь никакой не юноша? Конечно, окружавшим было понятно, что на самом деле они видят перед собой женщину, но арабский этикет вежливости предписывает показывать человеку, что собеседник считает его тем, за кого тот себя выдаёт. Разумеется, никакой арабский этикет не может велеть считать женщину мужчиной: это противоречит Корану!

 ПОКУШЕНИЕ И ВЫСЫЛКА 

Очень часто образ жизни Изабеллы вызывал не просто удивление, но и осуждение. Причем не только со стороны европейского населения, но и арабского. Ведь ее поведение было весьма далеко от канонов поведения женщины-мусульманки. Изабелла взяла из ислама лишь то, что отвечало ее духовным запросам, остальное она просто игнорировала. Такое поведение не только посто янно приводило к конфликтам, но в итоге – и к покушению, едва не стоившему ей жизни. Надо сказать, Эбергардт сумела стать членом тайного общества «Кадирия»2 – одного из крупнейших и уважаемых суфийских братств. Суфизм – это этико-философское течение в исламе, распространенное и по сей день в Алжире и некоторых других странах Северной Африки. Оно не затрагивает его религиозных основ. Суфиями могут быть как сунниты, так и шииты. Его адепты проповедуют аскетизм и воздержание. И вот как раз один из представителей суфийской общины совершил покушение на жизнь Изабеллы. 


Девушка обратилась к властям с просьбой помиловать человека, покушавшегося на нее. Итог ее заступничества был парадоксален: французские колониальные власти настойчиво рекомендовали мадмуазель Изабелле Эбергардт покинуть Алжир, заявив, что своим эксцентричным поведением она шокирует и провоцирует арабское население. Французским властям было выгодно поддерживать версию о том, что нападение было совершено на Изабеллу Эбергардт именно потому, что ее поведение вызывало возмущение и у арабского населения. Иначе возникало гораздо более вероятное предположение о том, что нападавший хотел убить ее просто потому, что она была француженкой: тогда его акция была бы воспринята как символический протест против колонизации Алжира Францией. 

Французские колониальные власти были заинтересованы в высылке Эбергардт из Алжира. Им было на руку избавиться от человека, дававшего в своих очерках и новеллах отнюдь не позитивную оценку того, как вели себя французы в этом районе мира. Надо сказать, что в ее произведениях представители французской администрации и военные, стоящие во главе расквартированных частей, в лучшем случае предстают как бездушные чинуши, которым абсолютно безразлична участь населения страны, где они оказались. В худшем – это обнаглевшие от сознания безнаказанности солдафоны, уверенные, что они поставлены управлять людьми, которые понимают лишь силу. Чтобы избежать высылки из Алжира, Изабелла обратилась за помощью в Российское генконсульство в Алжире. Но помощи оттуда не дождалась. Она и не подозревала, что решение о ее высылке произошло с согласия и при поддержке российских дипломатов. Ведь как-никак высылка подданной Российской империи могла обернуться дипломатическим скандалом. Французский генерал-губернатор перед принятием окончательного решения обратился за советом к российским властям в Алжире и получил от них следующий ответ: «Невзирая на ее русский паспорт, выданный в Москве, если Вы считаете необходимым это сделать, я даю Вам свое согласие, более того, я настойчиво рекомендую освобо дить юг этого региона от этой русской девушки, носящей арабскую одежду, и сопроводить ее до границы… Действуя таким образом в отношении этой девицы, которую я считаю более чем эксцентричной, ей окажут услугу, учитывая акт фанатизма, жертвой которого она стала...». После этого Изабелла раз и навсегда поняла: ей нечего ждать поддержки со стороны властей страны, чьей подданной она продолжала считаться. 

ПРАВДА О ТОМ, ГДЕ ЗАКАТ 

Изабелла была вынуждена покинуть Алжир и провести некоторое время во Франции, в Марселе. В изгнании она еще острей поняла, что не может быть счастлива в Европе. Ей нужны бесплодные земли пустынь, только там она может быть счастлива. Она сама задает себе вопрос: «Откуда во мне эта ненормальная любовь к бесплодным землям и к песчаным просторам?» И сама же отвечает на этот вопрос: «Страдание для меня – как приправа, … без которой жизнь пресна.» И в этом она видит подтверждение того, что по сути она «…настоящая русская!» 

Разлука Эбергардт с Алжиром продлится недолго. В 1901 г. в Марселе она вышла замуж за уроженца знатной алжирской семьи Слимана Энни, служившего во французской армии. Поскольку Слиман Энни был и французским подданным, Изабелла, приобретя французское гражданство, смогла беспрепятственно вернуться на столь любимую ею землю Магриба.

 Надо сказать, что с возвращением в Алжир проблемы в жизни Изабеллы не закончились, а лишь обострились. В столице Алжира, где они сначала поселились с мужем, распространяются все более нелепые слухи об этой сумасшедшей то ли русской, то ли француженке, то ли швейцарке, носящей мужскую одежду и живущей в арабском квартале со своим мужем-аборигеном. Изабелла, как и ранее, предпочитает не обращать внимания на злословие, а продолжать рассказывать правду о жизни «стран, где заходит солнце». Ведь слово «эль-мáгриб» буквально означает «там, где закат». Вот эти страны, а вернее, мир этих стран, она когда-то полюбила раз и навсегда. И она верит, что ей удастся донести эту любовь до читателей. Ведь она делает это, жертвуя всем, отдавая этому всю себя, свою душу и сердце. 

Изабелла как-то написала: «…я не политик, я и не агент какой-либо партии… …я всего лишь оригиналка, мечтательница, которая хочет жить вдалеке от мира, жить свободной жизнью кочевницы, чтобы впоследствии попытаться рассказать, чтó видела, и, возможно, заставить кого-то испытать, как это испытала когда-то она, волнение, наполнившее ее меланхолией и очарованием перед грустным великолепием Сахары». 

ПРИЗНАНИЕ 

К 1903 г. кажется, что судьба наконец-то сжалилась над Изабеллой и послала то, о чем она мечтала: признание. Ее политические статьи перепечатываются многочисленными изданиями, она завязывает дружбу с полковником Луи-Жубером-Гонзальвом Лиоте (1854-1934) – будущим маршалом Франции, участвовавшим в военных действиях в Алжире, что позволяет ей бывать в тех районах Алжира, куда закрыт доступ другим журналистам. Она ведет специальную колонку в газете «Акбар», которую издает прогрессивный журналист Виктор Баррукан, и в других франкоязычных газетах Алжира. Газета «Акбар» направляет Эбергардт на границу между Алжиром и Марокко, где происходят столкновения между воинственными племенами и французскими военным частями. Начиная с сентября и до конца 1903 г. практически всё время Изабелла проводит в поездках по Южному Орану, где французские колониальные войска пытаются окончательно подавить очаги сопротивления. Она описывает то, что увидела, в репортажах и в рассказах, которые постепенно начинают появляться в печати. Эбергардт, по сути, становится первой женщиной – военным корреспондентом.

 Успех приходит не только на журналистском поприще, но и на литературном. Это огромная победа! Изабелла становится фигурой, которая привлекает внимание даже тех, у кого до этого она не вызывала ничего, кроме негодования, а в лучшем случае, презрения. В регионе, где традиционно женщине отводится подчиненная роль по отношению к мужчине, Изабелле удается завоевать уважение именно мужчин-арабов. Более того, он смогла добиться того, что они почитали ее как marabout. Французское слово «marabout» (марабу) происходит от арабского «мурабит». В те времена в странах Магриба им обозначали благочестивых отшельников и святых или, как минимум, исключительно уважаемых людей, поборников истинного ислама. Именно так воспринимало арабское население эту женщину! 

В мае 1904 г. Изабелла после небольшой передышки в столице Алжира собирается в очередную поездку в Южный Оран. И странное дело, будто предчувствуя свою смерть, она прощается со всеми своими друзьями и с улыбкой говорит, что они «возможно, больше ее не увидят». Более того, она передает своему другу Виктору Баррукану мешок, в котором хранила все свои записи, и просит: «Если со мной что-то случится, вы позаботитесь об этом». Складывается впечатление, что эта женщина обладала провидческим даром. Она как будто предчувствовала, что пошли последние месяцы ее жизни. 

ДВАДЦАТЬ СЕМЬ

 В октябре в Айн-Сефре Изабеллы Эбергардт не станет. Утонуть в пустыне! Ее смерть уникальна, как и вся ее жизнь. Погибнуть во время наводнения в пустыне! Такая невероятная смерть! После сильнейших ливней практически сухое речное русло Айн-Сефры внезапно превращается в мощный поток, обрушившийся на город и сметающий всё на своем пути. Ветхий глиняный домик, в котором находятся Изабелла и ее муж, рушится, не выдержав напора воды. Мужа удается спасти… Изабеллу ищут, но находят тогда, когда уже поздно. Ей было 27 лет. Изабелла Эбергардт оставила огромное литературное наследие: более двух тысяч страниц, исписанных мелким почерком. И это за те десять лет жизни, что она занималась творческой деятельностью. И какой жизни? Не в кабинете за письменным столом, а чаще всего в седле, кочуя по пустыне. Она замечательный писатель. К сожалению, практически все на французском языке. На русском я нашла лишь разрозненные отрывки. Но это не только мое мнение, а мнение многих, читавших ее произведения: лучше нее мало кто писал о Востоке. Именно поэтому до сих пор переиздаются ее произведения. Совсем недавно вышло полное собрание ее сочинений. 

Трудно представить себе более несчастливую судьбу, более экзотическую, более противоречивую! Всех нас обтачивает жизнь, обстоятельства. Изабелла осталась верна себе. Ей удалось остаться свободной. Стремление к свободе, утверждение своей свободы – вот что, по существу, было главным побудительным мотивом всех ее действие. Эта страсть явилась для нее роковой: она, однажды опалив ее душу, в итоге истощила, сожгла ее. И та роковая страшная смерть, которая настигла Изабеллу, была не случайной, нет. Изабелла Эбергардт всегда знала, что она послала вызов судьбе и за это ей придется расплачиваться.

 Прекрасные лермонтовские строфы могли бы быть эпитафией на ее могиле. И ведь Лермонтов тоже погиб, и именно в 27 лет! 

Я знал одной лишь думы власть. 
Одну, но пламенную страсть: 
Она, как червь, во мне жила, 
Изгрызла душу и сожгла.


 

Следите за самым важным и интересным в Telegram-канале Татмедиа


Нравится
Поделиться:
Комментарии (0)
Осталось символов:
Реклама
  • Буду резать, буду пить, стану милую гнобить?
  • «Полиционер»: Идеал на пути к мечте
  • ИЛСУР АЙНАТУЛЛОВ: «Когда я приехал в Казань, я вообще не знал русского языка»
  • ПОД НЕБОСКЛОНОМ ВЕЧНОГО ДЕТСТВА
  • В Казани подвели итоги XXIII республиканского конкурса журналистики и массмедиа Татарстана «Бэллур калэм» — «Хрустальное перо».
  • «Обязательно к посещению»
  • АХМЕД КИТАЕВ: московский художник с татарской судьбой
  • «Вперед, за Родину!»
  • РОЖДЕННАЯ В СИБИРИ. Страницы жизни Диляры Тумашевой
  • ТУРЦИЯ ИЛИ ТУДА И ОБРАТНО