Новости/Эксклюзив
  • В Казань прилетела Жар-птица Сегодня стартовал Фестиваль национальных литератур народов России, в котором Татарстан принимает активное участие. Логотип фестиваля - сказочная Жар-птица, в хвосте которой спрятались орнаменты коренных народов России.
    99
    0
    0
  • Кокэси как оно есть В Казани откроется выставка деревянной японской куклы кокэси.
    115
    0
    0
  • Штраф равен зарплате В Татарстане установлены штрафы за нарушение масочного режима. У некоторых татарстанцев размер зарплаты не дотягивает до размера штрафа.
    118
    0
    0
  • «Выхожу один я на дорогу» Только Федор Волков будет представлять Татарстан на III Всероссийском музыкальном конкурсе по специальности «Духовые инструменты».
    115
    0
    0
Видео
  • Вечные люди

Выбор из двух цариц. Шаляпинский-2019

Бесшабашно гуляю в праздники,
Сам себе не даю покоя,
И напрасно меня вы дразните,
Ожидая услышать лихое.
В воскресенье смеюсь без устали,
А стемнеет – я маску сброшу
И пишу сочиненья грустные,
Избавляясь от слов тяжкой ноши.
О, когда я один, то многое
Сам себе расскажу сквозь грубый сип.
В понедельник подвожу итоги –
По понедельникам сжигаю рукописи…

В эти выходные начался Международный оперный фестиваль имени Фёдора Ивановича Шаляпина. И можно поплакать о судьбе третьей жены Ивана Васильевича Грозного, безвинно загубленной на сцене Татарского академического государственного театра оперы и балета имени Мусы Джалиля. Премьера «Царской невесты» обещала быть громкой: режиссёр уверял, что ставит «про взаимоотношения власти и народа» и что

царская невеста для него вовсе не Марфуша Собакина, а Россия в целом,

где «все друг друга любят, все друг друга ненавидят, все друг друга убивают». Своеобразное прочтение истории государства нашего, однако… Но, видимо, Михаил Александрович Панджавидзе знает, о чём говорит. Это же далеко не первое его обращение к опере Николая Андреевича Римского-Корсакова. Дошёл, как говорится, до сути, разгадал загадку.

Уже первые кадры, возникшие на занавесе во время увертюры, давали ключ к этим тайнам: титры с названием и авторами оперы уж очень напомнили о первом художественном фильме, снятым в Российской империи, – «Понизовая вольница».

Псевдо-Русь проступила и в одеждах опричников, более похожих не монашеские чёрные подрясники, а на казачьи шинели, и в их поведении – этакие братки из преступной группировки, и в их жилищах, отсылающих память к давно опробованным сценическим стилизациям. Если дом Грязного чем-то напомнил тифлисский дворик начала прошлого века, то улица в Александровой слободе вызвала в памяти декорации Малого театра к «купеческим» пьесам Александра Николаевича Островского, а дом Собакина оказался в тёмном лесу…

Реклама

Да, это и впрямь – Россия в целом, где всё смиксировано, где всё одновременно и правда, и ложь. И об этой сути остаётся только рыдать. Точно так, как это делал Александр Сергеевич Пушкин: «И с отвращением читая жизнь мою, я трепещу и проклинаю, и горько жалуюсь».

Публика, собравшаяся в зале на открытии фестиваля, к такому явно была не готова. И сколько не пыталась возбудить овации «могучая кучка» особо рьяных почитателей оперы, зритель аплодировал лениво и неохотно.

Но ведь можно поплакать и о судьбе «Сююмбике» Резеды Закиевны Ахияровой, с таким успехом засверкавшей на сцене нашего театра на исходе сентября минувшего года. Рустам Нургалиевич Минниханов оказался опять прав, напророчив, что опера «обязательно войдет в историю». Туда она и вошла, а вот в афишу Шаляпинского – не сумела. Хотя руководство оперного много лет заверяет досточтимую публику, что все премьеры обязательно появляются на фестивале. «Политика всегда мешала, мешает и будет мешать человеческому счастью», – вспомнились мне слова либреттиста «Сююмбике» Рената Магсумовича Хариса, замеченного в vip-ложе на премьере «Царской невесты». Вот и здесь, видимо, политика вмешалась. Не государственная, нет, – театральная. И ханбике – символом татарской независимости – опять пожертвовали.

Опера

Вообще-то, обе оперные премьеры этого сезона переносят нас в эпоху Ивана Грозного. И там, и там – гибнут царицы, и там, и там – вакханалия беспредельников-опричников, и там, и там – растерзанное государство, и там, и там – явственные отсылки к реалиям сегодняшнего дня. Только вот ещё гибнущая Марфа Васильевна в «Царской невесте» волею режиссёра адресует последние слова не своему возлюбленному, как прописано в либретто, а Грозному царю: «Приди же завтра, Ваня!». Что это – тоска по «железной руке» и государственному террору? Надеюсь, что это просто случайность, а не позиция руководства оперного театра.

Грустно? Но что делать – «февраль. Достать чернил и плакать!» И подводить итоги по понедельникам.

Следите за самым важным и интересным в Telegram-канале Татмедиа


Нравится
Поделиться:
Комментарии (0)
Осталось символов:
Реклама
  • Буду резать, буду пить, стану милую гнобить?
  • «Полиционер»: Идеал на пути к мечте
  • ИЛСУР АЙНАТУЛЛОВ: «Когда я приехал в Казань, я вообще не знал русского языка»
  • ПОД НЕБОСКЛОНОМ ВЕЧНОГО ДЕТСТВА
  • В Казани подвели итоги XXIII республиканского конкурса журналистики и массмедиа Татарстана «Бэллур калэм» — «Хрустальное перо».
  • «Обязательно к посещению»
  • АХМЕД КИТАЕВ: московский художник с татарской судьбой
  • «Вперед, за Родину!»
  • РОЖДЕННАЯ В СИБИРИ. Страницы жизни Диляры Тумашевой
  • ТУРЦИЯ ИЛИ ТУДА И ОБРАТНО