Реклама
Новости/Эксклюзив
Видео
  • Вечные люди

Катарсис

Рассказ

Первые лучи яркого утреннего солнца пробивались сквозь невесомую дымку утреннего тумана. К семи часам утра туман, сковавший город ночью, уже почти рассеялся. Осенний ветер вел себя сегодня словно шаловливый игривый мальчишка, он подкидывал горсточки желтых листьев и кидал их под ноги прохожих. Листья весело кружились в танце зажигательного вальса и уносились прочь. Ветерок старался вновь и вновь, вот только прохожие не замечали его шалости, впрочем, как и красок багряной осени. Люди на тротуарах торопливо шли по своим делам. Кто-то боялся опоздать на работу, кто-то задумчиво брёл в поликлинику. Местные бабушки торопились на рынок поскорее занять свои места, дабы продавать овощи и фрукты. Группа студентов, что-то оживленно обсуждая, торопилась в институт, а двое школьников начальных классов в сопровождении родителей шли в школу, лениво озираясь по сторонам. 

Днем, как правило, человеком овладевает суета сует. Водоворот дел и событий, нерешенных и предстоящих задач не оставляет места вольным размышлениям. А раннее утро и поздняя ночь, наверное, и есть самое заветное время суток, когда человек вне зависимости от дел и суеты погружается хоть на миг в собственные мысли. У каждого они свои, с оттенком красок, палитрой переживаний и волнений…

 Среди хаотично спешащих по делам людей в утренней суете обычной жизни обычного города на тротуаре в этот час особенно выделялся молодой человек. Парень среднего роста, с правильными чертами лица, густые русые волосы, ярко-зеленые глаза. Его фигура была подростковой, без крепких мышц и широких плеч. Уже не ребенок, но еще и не мужчина… Пытливый и необычный взгляд придавал ему уверенности и заставлял девушек оборачиваться ему вслед. Он, в отличие от многих заполонивших тротуар, никуда не спешил этим утром. На его губах играла довольная полуулыбка, ленивая походка была вальяжной. «Дима, Димочка» – так его ласково звали когда-то дома родители. «Димон упрямый»– стали впоследствии называть местные дворовые пацаны. «Димитрий» – называли полным именем учителя, пытаясь хоть раз образумить и заставить грызть гранит науки.

 Сегодня Дима украл из кошелька матери полторы тысячи рублей, мама накануне вечером беспечно оставила сумочку с кошельком в коридоре, а после она, усталая, не заметила, как уснула на диване. Когда в 6 часов утра Дима, озираясь по сторонам, шарил в сумке матери, ему вообще было наплевать, обнаружит она пропажу денег после его ухода или нет. Он опасался лишь, что не сможет пораньше уйти, мать проснется и начнет заботливо, как в детстве, уговаривать его позавтракать с ней. А после суетливо бегать по кухне, спеша что-то приготовить в школу. И вся эта сумятица помешает ему поскорее смыться из дома. 

Дима терпеть не мог рано вставать, но этот день он предвкушал уже недели две и готовился к нему. Дома в последние дни он вел себя раздраженно, срывался из-за всякой ерунды на младшего брата, дерзил одноклассникам и учителям, не мог и не хотел сосредоточиться на учебе. Это длилось уже более полутора лет. 

Несмотря на свои шестнадцать, он уже имел в своей биографии два привода в полицию. Первый за кражу, второй за подозрение в продаже курительных смесей несовершеннолетним. В первом случае не смогли доказать причастность Димы к краже барсетки состоятельного мужчины. Хороший друг и «крышеватель», Коля легко убедил всех, что они вместе готовились к занятиям, предоставив железное алиби – видео с занятий с датой того же дня. Во втором случае дело замяли, как и почему Дима хорошо знал, но не стал допрашивать того же друга Колю, какими способами тот способствовал «отмазыванию» Димы от уголовной ответственности. Его даже устраивал ответ:  

– Не боись, друг, все путем. Мне, конечно, пришлось напрячь все свои связи и порядком выложиться. Должен будешь отдать тридцать штук за три месяца или отработать откатом, приводя новых пацанов для скупки, понял? 

– Добро, отработаю, друг, не вопрос! Все путем, спасибо! – ответил тогда беспечно Дима. 

Действительно, все было путем. Дима ходил в школу, правда, чаще для вида: он ленился учиться, хотя до шестого класса был способным учеником и схватывал все на лету. Школа была нужна ему все больше не для знаний, а для общения и тусовки с друзьями. Школа была нужна ему для привода новых «слабых», как и он, пацанов к Коле для покупки курительных смесей. 

Но… Так было не всегда. Он и сам теперь не помнит точную дату, когда попробовал, и ему это понравилось. Ощущение головокружения, полета, смех без причины, легкость настроения и кайф – все проблемы решались, а точнее, после курева их вовсе не существовало. Все началось два года назад? Или раньше?.. 

Когда-то он бежал в школу, как и многие первоклашки сегодня бежали по улицам города. Он торопился, боялся опоздать на урок. Дима переживал, что в школе без него начнут новую тему, а он не успеет записать. После школы он торопился домой, наспех перекусить и сесть за уроки. А вечером они с папой будут увлеченно обсуждать пройденный материал. 

Папа для Димы во всем и всегда был авторитетом. Катались ли они на велосипеде летними вечерами, ходили ли вместе в бассейн, играли ли в теннис на даче, бродили ли на лыжах по зимнему лесу или садились за уроки. Диме казалось, что они никогда не наговорятся. Он поражался, как много папа знает, и как многого он не знает. А как увлеченно отец рассказывал обо всем, да так рассказывал, что хотелось прочесть, увидеть, побывать и запомнить на всю жизнь. 

Дима старался запомнить все новое и интересное в школе, в разговоре с учителями, с умными старшеклассниками, чтоб потом поделиться с папой и поразить его своими знаниями. Папа улыбался, задумывался, порой подшучивал, а порой задавал наводящие вопросы, требующие новых знаний. Дима, в силу своих лет, не понимал до конца, как ему повезло с отцом. Не знал он и того, как мало им отпущено времени… Интересно, что было бы, если бы он знал? Старался бы не бежать в школу или не отпускать папу от себя ни на шаг? Или не пустил бы в тот день на работу, или поехал бы с ним в бассейн?.. Самое счастливое время – время, проведенное с отцом, осталось далеко позади. Зимние каникулы в шестом классе и беспечное лето, когда они всей семьей отдыхали в Крыму. Ели сладкие арбузы, смеялись в кинотеатре с мамой и с папой, соревновались по вечерам в шахматы на летней террасе кафе, носились по пляжу за братишкой или играли в пляжный волейбол. 

Мог ли Дима знать, что уже осенью в седьмой класс пойдет совершенно другой мальчишка?! Конечно, не мог. А отец, словно что-то предчувствовал, вел себя как-то необычно, смотрел долго и задумчиво, то составлял список книг для прочтения, то срывался куда-то пойти, чтоб провести время вместе. Он брал старшего сына всюду, куда только мог, часто заходил в спальню сына до работы и после, даже если сын уже сладко спал в кровати. Младшего Мишу отец любил не меньше, но тому было всего четыре года, и отец, наверное, сам для себя не мог до конца объяснить, почему хочет научить старшего сына всему, что знает, и всему, что может пригодиться в жизни. Откуда эти притяжение и любовь?

 За две недели до нового учебного года отца Димы не стало. Стоял такой же солнечный день после ночного тумана, а отца не было на этом свете. Накануне отец вышел из бассейна, пока шел один квартал до машины, стал свидетелем драки двух мальчишек. Младший, на которого напали, был в возрасте его Димы и такой же комплекции: 

– Эй, ты чё, не понял, ты мне денег должен? Где деньги? Думаешь можно попробовать, сказать «отдам» и кинуть? – орал парень со шрамом на щеке, продолжая бить свою жертву ногами в живот. 

– А ну-ка… Что ты делаешь? Нехорошо так, – мужчина отшвырнул нападающего от испуганного мальчугана. – Ему «Скорая» нужна, и тебе понадобится, если не угомонишься. 

Отец Димы одной рукой крепко удерживал парня постарше, а другой уже набирал номер полиции. Он когда-то ходил на каратэ и обладал хорошей реакцией, вместе с тем недюжинной силой. Парень злился, что его заметили, попытался вырваться, но ему это не удавалось. Вместе со злостью в его жилах просыпался страх. Парнишка вспомнил о ноже в кармане брюк, изловчился достать и пырнул мужчину по животу. Пока тот растерянно ощупывал себя и капли крови, нападавший вывернулся и пустился наутек. 

Полиция и скорая приехали почти одновременно. Сотрудники полиции старались допросить пострадавших, работники «Скорой» стремились поскорее оказать помощь. Впоследствии одному они спасли жизнь, а второму не удалось. И этим вторым оказался папа Димы.

 Дима играл с младшим братом – они строили железную дорогу и ждали прихода отца, когда в дверь позвонили незнакомые люди в форме. Мать побледнела, неслышно опустилась на стул и стала хватать ртом воздух. Потом лишь крикнула: 

– Дима, посмотри за братом, я скоро! – И, наспех надев туфли, ушла. 

Вернулась она в одиннадцать часов вечера, убитая горем и с уже высохшими следами от слез. Они с Димой уложили Мишу.

 – Где папа, почему не отвечает телефон? – допрашивал старший сын. 

Мать, как могла, объяснила ему все, опуская подробности. Дима выслушал с каменным лицом, с пустым взглядом. Через час Дима забился в слезной истерике, позже он плакал до нехватки воздуха в легких, хватал как рыба ртом воздух. Мама была все время рядом, приносила воды, говорила что-то, гладила по голове, но это ничего не дало. Даже возгласы:

 – Тише, милый, тише, ты разбудишь Мишу. Нам надо подумать, что мы ему завтра скажем. Нам надо быть сильными и учиться жить… Вместе, крепко. Жить так, как хотел бы твой папа. 

Ничего не помогало и не могло помочь. Нарыдавшись, Дима забылся без сил в коротком сне.

Реклама

 Первую неделю мама срывалась и плакала, а потом она старалась взять себя в руки. После недели вынужденного отпуска мама вновь вышла на работу, по утрам собирала Диму в школу, Мишу в садик. А вот Дима не понимал, как может ярко светить солнце, когда его папы нет? Как жизнь до сих пор не остановилась? Как другие люди могут улыбаться, куда-то спешить, чему-то радоваться? Чему? Ведь он не радуется ничему. И зачем теперь ходить в школу? 

Дима что-то делал, что-то говорил, машинально ел, потому что мама заставляла, мылся – потому что так надо. Но все было словно во сне. Он почти перестал следить за собой и совсем забросил уроки. Все было словно в каком-то тумане и кошмарном непроходящем сне. Мама сидела угрюмая и задумчивая, но, когда она видела мальчиков, натужно улыбалась и даже старалась их смешить. Она, будто по инерции, делала все правильно – вкусно готовила, стирала, собирала их, ободряла и гладила по голове. «Вот только правильно ли это, – думал Дима. – Как мама может улыбаться или стараться улыбаться, когда нет папы, и никогда его уже не будет?» 

При маме и при Мише Дима старался не плакать. Он не знал почему, но инстинктивно чувствовал, что это неправильно и папе бы не понравилось. Сначала мальчик, действительно, старался делать вид, что все хорошо. А потом перестал притворяться и стараться. И понимать жизнь. 

Последнее, что он не понимал и не хотел принять, был день накануне нового года. Тридцатого декабря к ним без звонка пришла в гости молодая семья: папа, мама, мальчик его возраста и белокурая девочка чуть старше Миши. В руках у них был торт и какой-то пакет. Сначала семья стояла за порогом, отец семейства неловко переступал с ноги на ногу. Потом начал разговор с мамой. Слова застревали у мужчины в горле. Хрупкая мама, ответила уверенным тоном: 

– Проходите… Выпьем чаю. Дима, поставь чайник, сынок, – крикнула мама в глубину спальни.

 Дима послушно пошел на кухню, но знакомиться с новыми гостями совсем не спешил. Ему абсолютно не хотелось общаться, играть с детьми. Пока гости со своим сыном и мама пили чай с тортом, Дима наблюдал, как гостья общается с его братом и недоумевал, что Миша, кажется, не понял, что произошло, потому что вёл себя как обычно, ему хотелось играть. 

После того как дверь за гостями закрылась, Дима спросил, кто эти люди. Когда услышал ответ матери, тринадцатилетний подросток принялся орать на неё: 

– Как ты могла пустить их в дом? Как ты вообще могла с ними пить чай? Нам не нужна их благодарность! Нам ничего от них не нужно! Никаких подарков! И не нужно общение! Лучше бы тот мальчик, а не мой папа умер!

 Мать попыталась обнять сына и успокоить, хотя ей самой нужно было успокоительное:

 – Не трогай меня, мама! Лучше не трогай меня! Ни сейчас, никогда… Слышишь, не трогай меня!!!
Ветер перебирал под ногами сухие листья. Дима зажмурил глаза и покружился. Представил, что папа рядом. Как они катаются на велосипеде осенним днем, а голова кружится от усталости и скорости, когда несешься с горы с раскинутыми навстречу ветру руками. Именно этого ощущения беззаботного счастья и головокружения ему не хватало вот уже три года… 

Голова кружилась, и ноги порой отказывались повиноваться. Только тогда, когда он приходил домой обкуренный после занятий, ощущал приятную слабость. Именно за этими ощущениями он гнался. Именно из-за них он украл из сумки матери полторы тысячи утром. 

Он думал о том, что пройдет осень, наступит новый год. Никому не нужный грустный праздник. Уже третий новый год без папы! И почему все ждут каких-то чудес? А ничего нового не происходит и не произойдет! 

…Надо поскорее перехватить Колю, взять дозу, договориться о следующей поставке и «новичках», парнях, которых он приведет завтра. Какая-то мысль еще вертелась в его юношеской голове, когда он завернул за угол дома. Впереди была безлюдная аллея, окруженная деревьями и скамейкой. До школы оставалось еще два квартала пешком. Дима остановился, полез в карман за телефоном. В этот момент он ощутил толчок под лопатку. Зло поднял голову, стараясь увидеть наглеца. Больно задев его руку, пронесся мужчина средних лет… А вслед за ним ковыляла девушка. Почему ковыляла? Дима посмотрел им вслед. Девушка хромала, она бежала из последних сил, уже почти задыхаясь и падая без сил.

 – Остановись! Я прошу! Пожалуйста, стой… Я не могу больше! Давай поговорим, наконец. 

Мужчина остановился, обернулся и пошел к девушке. Она почти без сил повисла на нем.

 – Мне трудно бежать, тебе меня не жаль? – спросила девушка с укоризной. 
– Не иди за мной, я же сказал, не надо… Я прошу… Не причиняй мне боль. 

Дима, как завороженный, смотрел на эту пару. Хромая девушка гналась за мужчиной без обеих рук. Казалось, им нет дела до окружающего мира. Пусть даже пошел бы град с небес, они стояли и смотрели друг на друга. Красивая хромая девушка и высокий мужчина без рук. Они не говорили, не двигались, просто стояли как вкопанные и глядели друг на друга. 
– Я люблю тебя, дурак! Понимаешь, люблю и не хочу отпускать! 
– Ты любишь меня? – спросил мужчина с сомнением. 
– Как? Почему? Я никогда не смогу тебя обнять, не смогу обнять тебя, такую красавицу! Я не могу даже одеться без посторонней помощи… КАК можно меня любить?? Ты ненормальная? 
– Нет, я нормальная, послушай… 
– Если мы поженимся, у нас будут дети, я никогда не смогу взять на руки нашего ребенка, – с комом в горле произнес мужчина.
 – Мне все равно! Я стану твоими руками. Я не говорю, что будет легко, будут разные моменты, но я хочу быть рядом… Ты мне нужен… 

Дальше Дима уже не слышал разговора, он смотрел на свои руки. Долго и пристально. Смотрел, как в руки падает с дерева осенний листок, как ветер задевает пальцы, смотрел на ботинки и думал о том, что этими руками завязывает и развязывает шнурки. 

Глубоко задумавшись, уже не мальчик, но еще и не мужчина пошел быстрее в сторону школы. Сцена, свидетелем которой он стал, заставила его забыть, что хотел купить, как хотел курнуть. В голове пульсировала бешеным ритмом одна мысль: девушка любит парня без рук… Она его любит! Как? За что? А он? Кто будет его любить, если у него не будет рук или ног? Только мама и брат? Сможет ли он быть достойным любви не только членов семьи?.. Мыслям в голове становилось тесно. Одна бешеная мысль сменяла другую. Ему дано здоровое тело, у него есть руки-ноги, а на что он тратит жизнь? Что хорошего он сделал за эти годы, когда не стало отца? Что полезного он сделал для матери? Дима вдруг стал задыхаться от своей никчемности. Его душила собственная бесполезность, стыд и раскаяние за поведение в прошлом. В прошлом? Но ведь только утром это безрассудное желание покурить было его настоящим и будущим!

Дима сам не заметил, как, задыхаясь, вбежал в класс. Он остановился только тогда, когда заметил недоуменные взгляды одноклассников, укоризненный и вместе с тем удивленный взгляд учительницы. Дима забежал в класс за минуту до начала урока. Он впервые за целый год пришел так рано. 

– Садитесь, Димитрий, вы как раз успели вовремя. Сегодня мы проходим новую тему – интегралы. Итак, начнем…

 Дима достал ручку, тетрадь и стал записывать. Он вновь смотрел на свои руки, на длинные пальцы, которые держали ручку. Перед глазами всплывала утренняя картина: хромая девушка обнимает мужчину без рук… Дима крепко сжал ручку, словно хотел удостовериться, насколько сильны и чувствительны его пальцы. Из задумчивости его вывел голос учительницы:

 – Итак, вот перед вами пример, давайте попробуем его решить. Кто выйдет к доске?.. 

Ко всеобщему удивлению Дима встал из-за парты, уверенно пошел к доске, взял мел и принялся записывать решение. Он вспомнил, как в третьем классе втайне от папы листал учебник занимательной математики. Дима обладал фотографической памятью, вот только из-за своей неусидчивости не всегда пользовался этим даром. Глядя на Диму, учительница и одноклассники не верили своим глазам, словно перед ними был совсем другой человек. 

После уроков Дима ненадолго зашел в школьную уборную. Как же хотелось подставить голову под струю холодной воды! Голова болела от непривычного напряжения, но это было приятное напряжение, полезное и нужное. Его папа гордился бы им… Папа бы гордился! «Почему я раньше не думал над словами мамы? Она ведь говорила: « Милый, нам надо учиться жить так, как хотел бы он. Твой папа видит нас с небес… Будь сильным. Не подводи его».

 Дима в задумчивости держал руки под струей холодной воды. Посмотрел в зеркало, сзади он заметил довольную ухмылку Коли. Вот только этого балбеса ему не хватало! 
– Друг, я принес, как и договаривались. 
– Знаешь, Коля, мне ничего не надо. 
– Как это? – Мне это не интересно и не нужно. Не подходи ко мне больше
 – Ты шутишь? Обалдел?
 – Нет, вот задаток за долг. Полторы штуки. 
– Дима протянул деньги. 
– Остальное я верну в течение месяца, и приводить никого не буду. Забудь, что ты меня знаешь. После последнего расчета не подходи ко мне никогда.
 – В голосе Димы сквозили холод и скрытая угроза. Он знал, что не так просто будет уйти. 
– Ты думаешь, отдашь долг и все? А кто мне вернет неустойку? Я уже своим обещал, что партию возьмут на ура. 
– Это не мои проблемы. Хочешь знать, что я думаю? Я думаю, тебе надо валить отсюда и завязывать с этим.
 – Словно предугадывая мысли Коли, который еще вчера был приятелем, Дима старался вложить в голос парализующую силу: 
– Ты думаешь припугнуть меня? Хорошая идея. Вот только ты, наверное, не знаешь, что мой дядя – двоюродный брат отца – работает прокурором города. Одно мое слово – и тебя сгребут навсегда. И если со мной что случится или хоть с кем-то из школы, поверь: тебя и всех твоих дружков вычислят, уж я постараюсь! Ну, пока! – Дима подмигнул и вышел из туалета. По дороге домой он увидел объявление «требуются грузчики в продуктовый магазин, час – 500 р., тел…». 
Дима достал мобильный, позвонил и… Спустя часов пять, Дима с полным пакетом продуктов открыл входную дверь, которая легко поддалась... Прошел на кухню, поставил пакеты. За столом, грустно склонив голову, сидела мама: 
– Сынок, как хорошо, что ты пришел! 
– Мам, привет! Ты извини, что я так поздно… Сначала мы с друзьями заболтались, сегодня проходили новую тему, я решил помочь Денису и Тане, а потом вот заскочил в магазин. 
– А я хотела извиниться, нам сегодня задержали аванс, загрузили работой и я… Я не успела, приготовить торт, как ты любишь, ведь сегодня твой… Откуда у тебя деньги? Не лги мне, слышишь! 
– И не подумаю, я их заработал, мам! Недалеко от школы открыли новый продуктовый, я разгружал фрукты, и мне хорошо заплатили. 
– Сынок, ты говоришь правду? – мать удивленно смотрела на сына: чудеса!
 Сегодня он пришел раньше обычного, всего лишь в десять часов вечера и извиняется!
 – Конечно. Прости, прости меня… Мама, за все слезы… – он нежно обнял мать и заметил у ней в волосах первые серебряные нити. А ведь ей всего тридцать пять! 
– Я знаю, что вел себя дурно, теперь я другой. Я буду стараться жить так, как хотел бы папа… Ты была права тогда, ты всегда права… А я ведь… не помыл руки, сейчас вернусь! – он выбежал из кухни, так как не хотел показывать матери свои навернувшиеся слезы, слезы мальчика, которому пришлось рано повзрослеть. Дима мыл руки, подставлял голову потокам воды и снова мыл руки. 

Он долго смотрел на отражение рук в зеркале, и вновь всплывала в памяти картина: девушка обнимает безрукого мужчину. Он смотрел на отражение рук, на движения плеч, игру мышц. Это лет через десять он узнает, что убийцей отца окажется тот самый Коля, а его спутницей жизни станет белокурая девочка, чьи родители и брат приходили к ним под новый год. Еще через десять лет он станет лучшим и безжалостным борцом за справедливость, преуспевающим прокурором. А пока… Пока он привыкал к себе, новым мыслям, влекущим за собой новые поступки, новые дни и действия. Кто бы знал, что в свой шестнадцатый день рождения из дома выйдет один Дима и придет совсем другой.
 

Следите за самым важным и интересным в Telegram-канале Татмедиа


Нравится
Поделиться:
Комментарии (0)
Осталось символов:
Реклама
  • "Кто такой самозанятый? Как стать самозанятым?Преимущества"
  • "Любишь кататься, люби и транспортный налог платить"
  • "Платим налоги - создаем будущее сегодня!"
  • Потребуй чек!
  • Пожар в парке горького. Фоторепортаж
  • Доблесть
  • Виртуальная АТС - MANGOOFFICE
  • Красная гвоздика
  • Мотоблок, ТВ, планшет и другие призы за подписку
  • "Интеллектуальные транспортные системы и элементы ситуационных центров"