Реклама
Новости/Эксклюзив
  • За быдло ответишь! В Госдуме в первом чтении принят законопроект, согласно которому чиновников-хамов должны будут дисквалифицировать и штрафовать.
    192
    0
    0
  • Волга с высоты птичьего полета В Казани на Кремлевской набережной открылась фотовыставка «Волга от истока до устья с высоты птичьего полета».
    202
    0
    0
  • Учитель на миллион В Татарстане определили победителей конкурса «Земский учитель». Единовременную выплату в размере 1 млн рублей получат 13 педагогов республики.
    205
    0
    0
  • Сезон каллиграфии наступил На казанском бульваре «Ак чәчәкләр» («Белые цветы») начала работу творческая мастерская. Здесь, в открытом пространстве, жители города смогут изучать иностранные языки, заниматься гончарным искусством, освоить леттеринг и каллиграфию на обучающих курсах, платных и бесплатных мастер-классах.
    71
    0
    0
Видео
  • Вечные люди

«ВСЕ СДЕЛАЛА НАДЕЖДА…»

Безмерно жаль, что многих из тех, чьи произведения составили золотой фонд литературы республики, уже нет с нами. Мы нашли воспоминания любимых писателей о том, «с чего всё начиналось» – и с удовольствием делимся ими с вами. 

Туфан МИННУЛЛИН (1935–2012), драматург, публицист, государственный и общественный деятель, народный писатель Татарстана
– Мы формировались в хрущевскую оттепель. Это было странное время. С одной стороны, Хрущев дал возможность свободней дышать, но в то же время он же был и душителем всего национального. При нем закрывали татарские школы и газеты. Он заявлял, что при коммунизме все будут говорить только на русском языке. 

 Мы успели получить хорошее образование на родном языке. Я думаю, что страсть к учебе у татар в крови. Наше поколение мыслило уже по-новому.  Многие из нас учились в Москве и попали там в среду «шестидесятников». Мне, например, довелось участвовать в полуподпольных литературных чтениях Твардовского в театральном училище – читали поэму «Василий Теркин на том свете». 

Мы стали думать и писать свободнее, хотя и не выходили за пределы дозволенного. Но в любом случае оттепель породила новую, более свободную татарскую интеллигенцию. И поэтому в 50-70-е годы у нас появилось столько замечательных писателей, поэтов и артистов. 

Я тоже понимал: во время оттепели надо что-то делать, как-то участвовать в происходящем. Тогда и начал писать.  Для меня это было моя личная поэтическая акция. Мне было 20 лет. 

По большому счету, моим главным учителем всегда была жизнь. 

Но есть великие имена, которые много значат для любого татарского писателя. В какой-то момент я стал осмысленней читать Тукая, но это были уже не те безобидные его стихи, которые проходят в школе, а более глубокие произведения. В свое время буквально переворотом для моего сознания стало произведение Гаяза Исхаки, в котором он предсказывал гибель татарской нации через 200 лет. Я прочитал его еще в советское время, когда имя этого писателя было под запретом. Помню, книгу удалось купить на рынке, напечатана она была арабской графикой. Я ее читал, и мне было страшно. Эту книгу я потом передал в музей Гаяза Исхаки. 

Мне были очень интересны Хасан Туфан, Шариф Хусаинов, тогда еще молодой Аяз Гилязов...

 


Диас ВАЛЕЕВ (1938 – 2010), писатель, драматург, лауреат Госпремии РТ им. Г. Тукая, заслуженный деятель искусств Татарстана и России
– Советский период сыграл огромную роль в развитии татарской культуры. Худо-бедно, но появилось какая-то государственность, мы стали народом, в определенной мере равным другим. Значительно вырвались вперед в части культурного и научного потенциала. Могли бы добиться еще большего, но мешала ранжированность: вот Москва, а вот вы – всего лишь автономия. В столице живут художники первого, извините, сорта, в союзной республике – второго, а в автономной – третьего.  Татария с ее богатой культурой воспринималась как провинция, и пробиться наверх стоило огромных усилий. И дело тут не столько в позиции официальных властей, а в самом мышлении людей. Действительно, в начале 70-х годов в Москве косяком пошли мои пьесы. Две пьесы из трех поставил Владимир Андреев. Это был прорыв не только в татарской, а во всей «провинциальной автономной» драматургии. 
Но сколько звонков пришлось «отбить» Андрееву! Причем против выступали даже татары, которые говорили ему по телефону (парадокс!): зачем ставишь татарина? Уже тогда я понял одну трагикомическую истину: радости у татарина по отношению к успеху другого татарина не будет никогда.

Реклама

Рустем КУТУЙ (1936–2010), поэт, переводчик, философ
– В 1960 году я закончил университет, а уже в 1961 у меня вышла первая книга. А дальше издавались и проза, и поэзия. Все издательства Москвы меня с удовольствием печатали: и «Молодая гвардия», и «Современник», и «Советский писатель», и «Детская литература», и «Художественная литература»… Опять-таки – издательства издательству рознь. Та же «Художественная литература» издает исключительно седовласых классиков, а я в то время был сравнительно молодым…

Я жил в прекрасном районе, на улице Комлева, 33, напротив нынешнего Выставочного зала Союза художников (раньше там был дом Аксакова). Двор у нас был просто населен живыми классиками – много потребуется мемориальных досок. Там, например, жил Галимжан Ибрагимов. Неподалеку от нас жил известный композитор Александр Ключарев, с сыном которого, Эмилем, мы были большие друзья. Да и сам Ключарев к нам часто хаживал. На улице Гоголя жила знаменитая актриса Фатыма Ильская, которая дружила с моей матерью. Назиб Жиганов тоже дружил с нашей семьей. Все эти люди близко держались друг друга. И друзья отца после войны частенько навещали нас. Хасан Туфан, вернувшись из лагерей, приходил…  Я учился в 19 школе, на улице Горького. Ее выпускники сегодня известны на весь мир. Это знаменитые академики Роальд Сагдеев, Камиль Валеев, писатель Василий Аксенов, ученые, профессора… Кстати, Аксенов жил с нами в одном дворе, у тетки (мы ее звали баба Ксения – сестра отца Аксенова), когда родители были уже репрессированы. Мы в те годы и не думали о том, что станем писателями. Встретились в 70-х годах в Москве, в «Советском писателе», говорю: «Вася, привет!» – «Привет, а ты как здесь?» Отвечаю: «Книжка у меня идет!»

Фанис ЯРУЛЛИН (1938–2011), поэт, прозаик, лауреат Госпремии РТ им. Г. Тукая. В 19 лет получил травму позвоночника и остался прикованным к инвалидному креслу
– Все сделала надежда. Первые мои стихи появились в начале 60-х. Тогда я лежал в Казани в больнице, мечтая встать на ноги. Меня начали печатать. Ко мне стали приходить журналисты республиканских и даже центральных газет. Они писали обо мне, и в результате поток посетителей рос с каждым днем. У входа в палату выстраивались очереди. Я тогда поступил на заочное отделение татфака Казанского университета, стал лауреатом Всесоюзного конкурса молодых писателей. Стали появляться переводы моих книг на русском, а позже на английском языке…

 ...Я вовсе не изолирован от общества. У меня общение с людьми даже больше, чем у других ходячих. Ко мне домой постоянно приходят студенты – пишут дипломные и курсовые работы о моем творчестве. Дефицит информации восполняю с помощью газет, смотрю огромное количество телепередач. Летом мы с женой ездим в родные края, в Альметьевск. Приезжаем в деревню, где я родился. И везде я общаюсь с людьми. Из этих разговоров выношу темы и сюжеты для своего творчества. Пишу много публицистики в татарской прессе. Короче говоря, я нисколько не чувствую себя оторванным от жизни.

Мусагит ХАБИБУЛЛИН (1927–2019),  народный писатель Татарстана
– В литературу меня привела любовь к книгам. Еще в детстве она доходила у меня до крайних форм. Когда я жил в деревне, у нас было две библиотеки – школьная и взрослая. В первой мы с друзьями все перечитали, а во взрослую нас еще не записывали. Тогда мы ночью через форточку залезли в библиотеку и взяли почитать книгу Жюля Верна. 

В 14 лет я поступил в ремесленное училище Магнитогорска. Здесь я познакомился с девушкой, мать которой работала в городской библиотеке.  В нее свезли книги из всех помещичьих усадеб. Именно тогда я прикоснулся к этому огромному сокровищу, и у меня возникло желание писать самому.  Работая в Бавлах шофером «скорой помощи», я написал небольшую повесть «Восемнадцатая весна». Тогда председателем альметьевского отделения  Союза писателей был Гариф Ахунов. Он меня поддержал и помог опубликоваться в журнале «Казан утлары». 

Однажды в начале 70-х, когда я работал преподавателем в Ленинабаде в Таджикистане, меня вызвал директор школы и сказал: «Приехал какой-то ученый, будет читать лекцию. Вы, Мусагит Мударисович, пожалуйста, поучаствуйте».

 Оказалось, что «какой-то ученый» – это Лев Николаевич Гумилев. Он прочел нам лекцию о кочевых народах. После лекции я столкнулся с ним в коридоре. Он остановился, подошел ко мне и спрашивает: «Что-то вы не похожи на местного. Вы приезжий?» Я говорю: «Да, я из Татарии, писатель». – «А, внук Кубрат хана! Вы – древнейший тюркский народ – булгары. Создали первое государство в Восточной Европе. Вот о чем вы должны писать!» 

Гумилев подарил мне свою книгу «Хунны в Китае» со словами: «Вы здесь долго жить не будете. Вы – Писатель и должны черпать духовные силы на родной земле. Приезжайте ко мне, и я познакомлю вас с историей вашего народа». И действительно, не прошло и года, я вернулся в Татарстан и начал работать в Союзе писателей ответственным секретарем…


По материалам книги    «Татарский век глазами национальной элиты. 100 выдающихся татар» и     публикаций в    прессе
 

Следите за самым важным и интересным в Telegram-канале Татмедиа


Нравится
Поделиться:
Комментарии (0)
Осталось символов:
Реклама
  • Пожар в парке горького. Фоторепортаж
  • Доблесть
  • Виртуальная АТС - MANGOOFFICE
  • Красная гвоздика
  • Мотоблок, ТВ, планшет и другие призы за подписку
  • "Интеллектуальные транспортные системы и элементы ситуационных центров"
  • Конкурс "Большая перемена"
  • Останови огонь
  • "Онлайн-кинотеатр"
  • Онлайн подписка на журнал "Идель"