Реклама
Новости/Эксклюзив
  • Минниханов сказал «Да!» Татарстанскому бизнесу нужна электронная площадка для быстрого поиска сотрудников.
    34
    0
    0
  • «Цифра» на слезу пробивает Министр цифрового развития государственного управления, информационных технологий и связи РТ с удивлением и умилением отметил, что татарстанцы очень эмоционально воспринимают переход с аналогового на цифровое эфирное телевещание.
    49
    0
    0
  • Что ждать от цифры? Президент РТ и замглавы Минкомсвязи РФ обсудили ряд актуальных проблем отрасли.
    50
    0
    0
  • Тукая и Лемаева оформят В Общественной палате РТ состоялось заседание Республиканского организационного комитета, во время которого обсуждалась концепция тематического оформления аэровокзальных комплексов международных аэропортов «Казань» и «Бегишево».
    38
    0
    0
Видео
  • Переход на цифровое ТВ

Айгуль Мирзаянова: "Вести новости в прямом эфире – работа не для слабонервных"

Айгуль Мирзаянова – единственная в Татарстане телеведущая, удостоенная престижной телевизионной награды «ТЭФИ». Она была и ведущей одной из церемоний награждения этой престижной премии в Москве. Сегодня число ее подписчиков в  Instagram более четырнадцати c половиной тысяч, а в Facebook – около девяти тысяч.

Окончила журфак КГУ. Получила дополнительное образование по Президентской программе переподготовки управленческих кадров. Неоднократно проходила стажировки в США (телевидение, PR). Начинала в 1993 году как репортер и телеведущая. Была заместителем руководителя службы новостей телеканала «Эфир». В 2006 году открыла собственное PR-агентство, работала директором спортивного телеканала. Ныне – PR-директор крупной промышленной корпорации России, базирующейся в Татарстане

 

- Айгуль, настоящий профессионал всегда повышает квалификацию, не так ли?

- Я окончила факультет журналистики в КГУ, получила дополнительное высшее образование по менеджменту. Неоднократно обучалась в  сильнейшей школе для ТВ-журналистов «Интерньюс». Нам очень повезло – в период «оттепели» нас обучали лучшие мастера своего дела из США и России. Они нас учили не только тому, как делать новости, как выстраивать драматургию сюжета, даже если он длится одну минуту. Как выстраивать драматургию новостной программы, чтобы зритель бал захвачен происходящим на экране от первой до последней минуты программы. Какие фразы употреблять, а какие не стоит, потому что они не будут вызывать доверие у зрителей. Важным моментом всегда было требование проверять информацию как минимум в двух источниках. Нас также учили, что новости – командная работа, а ведущий – это якорь, который держит на плаву весь огромный корабль под названием «Новости».  Это вообще работа не для слабонервных – вести информационную программу в прямом эфире. Оттуда, из «Города», из ТК «Эфир»  у меня и многих бывших и нынешних сотрудников навыки высокой организованности процесса, потому что твоя малейшая ошибка провалит работу всей команды, потопит корабль. Отсюда у меня всегда были и остаются высокие требования к своей работе и работе коллег или партнеров.

Кроме того, я раз шесть ездила на обучение в США (телевидение, PR). На мой взгляд, это естественный процесс: если ты чего-то хочешь достичь в любой  сфере – обучись у лучших, посмотри, как это делают они, что им позволило стать №1.  А потом сделай все по-своему, как ты чувствуешь, что будет востребовано твоей аудиторией, в той местности, где ты проживаешь, в этом энергетическом поле. Что вызовет по-хорошему шок, WOW-эффект, что привлечет внимание. Если все делать только по старым правилам, не будет развития. Не будет эволюции.

- Айгуль, что делать молодым, чтобы попасть на экран и прославиться?

- Ничего делать не надо. Если вы хотите попасть на экран, вы берете телефон, снимаете, сливаете в интернет – и все. Вопрос в том, для чего вы хотите попасть на экран. Телевидение как отдельное СМИ еще имеет место быть, но, к моему великому сожалению, оно потеряло популярность и не востребовано молодыми. Миллениалы в основном сидят в гаджетах. Им неинтересно TV, они его не смотрят. Поэтому перед ними задача попасть на экран телевизора не стоит. Те, кто хочет стать известным, добиваются этого множеством других разных способов. Это раньше, «в наши времена», году 90-м с хвостиком, другого способа быстро прославиться не было. Тогда было только телевидение.

Я, придя на телевидение, не ставила перед собой задачу именно прославиться. Просто у меня всегда было желание работать на экране, это внутреннее ощущение того, что это правильно для меня. На меня сильное впечатление произвели Перестройка, Влад Листьев, его коллеги. Эта свобода выражать свои мысли, глядя в камеру, меня охватила, и я пошла на телевидение именно за этим. Но сейчас захотят ли молодые люди пойти на ТВ, я не знаю. Решительно не вижу смысла, если только не стоит задача попасть на Первый канал. Главное, знать, зачем. В этом случае, действительно, трамплином для вас может стать любой региональный канал, еще оставшийся в живых. Мы все знаем ситуацию, которая произошла на телевизионном пространстве страны – состоялся колоссальный передел рынка. И за то, как местные телекомпании выживают, им надо ставить памятник. Практически нет кабельных каналов, которые могли бы приносить деньги. Все мы с этим столкнулись. Так или иначе, телевидение стало динозавром. Увы.

И основная аудитория таких монстров телевидения, как Первый канал, Россия и НТВ – это уже зрелые люди, приближающиеся к пенсионному возрасту или уже пенсионеры. Другие каналы выживают за счет трэшевых программ, трэшевого подхода к созданию контента, как «Дом-2», «Камеди-клаб» и так далее. Они работают на аудиторию тридцатилетних.

 

- Ты работаешь с соцсетями, пользуешься этими технологиями?

-  Сегодня я пользуюсь этим приемом, наверное, отчасти удовлетворяю свою потребность, потенциальное желание тоже что-то доносить до людей. Мне нравится, что вместе со мной это может сделать решительно каждый. Этим приемом пользуются миллионы, и мне безумно интересно за этим наблюдать,  за жизнью других людей. Оказывается, это гораздо интереснее, чем смотреть созданный кем-то контент. Пусть даже профессионально сделанный. Людям гораздо интереснее узнать, что там происходит у дяди Васи, хорошо тебе знакомого. А может, и незнакомого человека, какой-то знаменитости, предположим. Там все будет рассказано, показано. Как раньше говорили: «камера обнажает душу человека», поэтому сразу видно, кто ты есть на самом деле. Это правило работает и с соцсетями. Совершенно очевидно, вообще, кто есть кто. Особенно стоит присмотреться, на мой взгляд, к людям, которые всякий раз выкладывают позитивную, супер-лакированную картинку своей жизни, какого-то Luxury-бытия, как они это представляют. Все мы знаем случаи, когда девушки или юноши фотографируются на фоне чужих машин, берут напрокат какие-то букеты в сто и одну розу. Вы же знаете, такой бизнес выстрелил около года назад. Люди, которые хотят показать, что они живут гораздо круче, чем есть на самом деле, это готовые, на мой взгляд, невротики. И им не только не стоит доверять. Совершенно очевидно, что им не хватает любви, внимания, в жизни они не имеют ничего из того, что они выкладывают. На мой взгляд, это категория несчастных людей, к которым стоит присмотреться, пожалеть, послать им энергию позитивную... Соцсети обнажили такую бездну проблем общества.

Соцсети для меня – не просто развлечение, это очень хорошая аналитика. Порой я выкладываю фотографии, провокационные даже для меня, не только для подписчиков. А, возможно, это моя душа. Иногда бывает, что твоя честность никому не нужна. Мне интересно, как отреагируют на тот или иной пост люди, насколько готово общество такое воспринимать. Я считаю, что лучше быть искренним и говорить о том, что ты на самом деле чувствуешь.

- Однажды ты выложила нарочито непрезентабельное селфи. Таким образом ты промониторила аудиторию?

- Для меня каждый пост – это момент истины. В какой-то мере это даже избавление от комплексов, которые в нас всех присутствуют. Эти комплексы годами в нас взращивались, культивировались. Они никуда не уходят, что бы мы ни предпринимали. Шанс с ними расстаться есть у тех, кто занимается медитацией. На самом деле, все остальное остается внутри и глубоко подавляется.

Однажды, когда я проходила один очень интересный семинар с медитациями, я сфотографировалась без мейкапа, позволила себе быть абсолютно естественной. Ощутила, что мне не надо ничего делать для того, чтобы нравиться. Нравиться надо только себе. В этом случае, если ты чувствуешь себя уверенно, это обязательно воспримется окружающими как твоя внутренняя колоссальная красота. И та фотография, делая которую, я не прикладывала никаких усилий, набрала большое количество лайков и много одобрительных комментариев, причем и от мужчин, и от женщин, которые из солидности стали выкладывать фотографии без макияжа!

Разумеется, я не имею в виду крайности и не призываю, как это делают сторонницы боди-позитива, не брить подмышки и выставлять их на всеобщее обозрение. Я не об этом.

Для меня вопрос естественности очень важен. Например, сегодня я приехала на работу без косметики, но я забыла об том. Просто я очень люблю разукрашивать себя еще с эфировских времен, возможно, это восточные гены сказываются. Мне очень нравится рисовать себе лицо. «Айгуль лицо себе рисует, не понимая, что рискует», – пошутил однажды Дмитрий Шилоносов, мой тогдашний коллега.

К источнику можно приближаться очень разными путями. Для меня тот случай был провокационный, потому что я много лет работала на экране, всегда выходила в люди при полном параде, на каблуках, готовая отражать все стрелы, улыбаться всему миру. А тут я показываю, что я тоже могу быть ранимой и беззащитной. Это для меня был момент откровения. Сейчас я стараюсь без защиты выходить, потому что, если ты имеешь защиту, на тебя обязательно кто-то нападет (смеется).

Вы говорите, что я – закрытый человек. Да, я работаю на крупную корпорацию и не имею права какие-то вещи рассказывать. Но, когда наступит время, я буду делиться своими открытиями в жизни, потому что меняется мир, мы из общества потребления переходим в какую-то иную формацию высокодуховных людей. Мне кажется, что стоит прислушаться к тем людям, в том числе, ученым, которые занимаются тонкими энергиями, духовными практиками. Они утверждают, что сейчас у нас активируется сердечная чакра. Очень долгое время она спала. Сейчас у нас действительно поменялось что-то в космосе.

Я поняла, что мне не нужно доказывать какими-то внешними атрибутами, что я крутая. Я – любовь, я  могу ею делиться. Но время от времени меня все равно подмывает выставить фото в купальнике, я считаю, что для меня это момент, когда я, как с капусты, снимаю гнилые листья, избавляюсь от комплексов.

- Ты и рутина – вещи несовместимые. Как ты черпаешь вдохновение для каждого дня?

- Люди бывают разных типов. Наверное, я отношусь к категории «достигаторов». У меня это не вызывает вопроса, не требует никаких усилий. Любовь к себе настолько сильная, чтобы регулярно выделять время на то, что мне приносит пользу, что меня наполняет. Я каждое утро встаю в 6.05, чтобы пойти на динамическую медитацию или в Парк Горького бегать. Мне тоже хочется высыпаться, тоже хочется ничего не делать. Но я знаю, что если я не схожу на «динамику» или пробежку, я буду без энергии, квелая, с плохим настроением, я буду ненаполненная. Там, прикасаясь к природе, я наполняюсь силой. Во время пробежки я слушаю вдохновляющую музыку, обнимаюсь с деревьями, иногда плачу. Я чувствую, что у меня открывается сердце.

Динамическая медитация – мой способ восстановления. Бывает, что подступают эмоции, которые ты не позволил себе выразить. Тебе показалось, что кто-то сказал грубое слово, но ты смолчал, потому что ты хороший человек и не можешь ответить тем же. Но эмоция осталась. Они накапливаются и взрываются какой-то болезнью. Или ты наполняешься гневом и срываешься на близких и любимых. Мы созданы, чтобы выражать себя, поэтому после такой практики ты идешь в мир совершенно расслабленным и любящим. И зимой, и в холод, и в грязь, в любую погоду я это делаю. Не оттого, что я себя заставляю, а потому что я этого хочу. Для меня важно наполняться энергетически, важно потом эту энергию нести. Я спокойно потом прихожу на работу, которая, возможно, кому-то покажется рутинной.

Если ты для себя ставишь цель, то ты просто делаешь все, чтобы ее достичь. Я себя не помню другой. В начале пути у меня был выбор – модельное агентство или телевидение. Я была студентка, и они в одно время начинались. Кроме того, у меня,  были какие-то компании, с которыми можно было выпивать и обсуждать какие-то глобальные вещи. Я сходила туда, сходила сюда, поняла, что меня наполняет именно телевидение, мне там интереснее, нежели изучать походку, быть моделью. Я не знаю, может быть, чутье, интуиция, которую многие из нас также подавляют, начиная ко всему подходить аналитически, исключительно из ума. Не надо этого делать, тебя жизнь сама ведет. Вот так было с телевидением, я его выбрала интуитивно. Нет никакого другого пути, кроме того, чтобы делать только то, что тебе нравится.

А поскольку ты на экране, ты должен хорошо выглядеть, уметь работать перед камерой, уметь говорить, себя подавать. Тогда в первые годы моей работы было огромное количество критики в мой адрес. И я стремилась стать лучше.

- Что такое вдохновение?

- Для меня это опять-таки энергия. Есть точка высокая, есть точка низкая. Если наступает момент, когда как будто бы нет сил, нет вдохновения, энергии, это значит, надо просто в этом побыть, насладиться этим моментом: когда ничего не хочется. Вот это «надо» нас всегда убивает. Когда надо «разродиться» и сделать. Для меня это невыносимо. Я стараюсь не насиловать себя. Ну, не могу – и все! И пространство начинает выстраивать мою жизнь. В тот момент, когда у меня низкое качество энергии, ничего нет – никаких проектов, ничего! Поклонники пропадают все куда-то, а ведь это тоже вдохновляет. Я ничего не делаю, занимаюсь духовными практиками, иду в лес, все отпускаю. Есть у меня приемы, которыми я пользуюсь.

- Изменилось ли сегодня инфополе и способы работы журналиста?

- На мой взгляд, журналистика поменялась. Но всегда все зависит от личности самого журналиста – то есть, насколько он адекватно и серьезно подходит к своим темам, насколько глубоко знает. Мне очень нравятся моножурналисты – те, которые пишут на одну определенную тему: условно, финансы или культура. Мне они кажутся более глубокими, чем те, которые пишут на разные темы. Очень трудно перестраиваться, а у них часто не хватает ни опыта, ни таланта, ни аналитики. Будучи уже пиарщиком, сейчас я по-разному отношусь к журналистам. Есть просто гениальные, которым даешь две-три фразы, и они из этого, благодаря своему опыту в этой теме и своим способностям, делают такую аналитику, которую не могут сделать и некоторые финансисты. Я знаю несколько таких журналистов в наших топовых изданиях.

Я очень люблю старую гвардию журналистов. Особенно телевизионщиков, которые имеют качественную школу, прошли обучение за рубежом. Они действительно делают великолепные сюжеты и отлично подают информацию. Увы – молодому поколению журналистов повезло меньше, оно часто не способно делать глубокие материалы. Они способны хорошо делать хайповые вещи – могут их подать ярко и вкусно, но глубины там нет. Я говорю сейчас не обо всех, конечно.

На мой взгляд, журналистика, какой была сотни лет назад, такой и осталась. Просто изменились каналы, по которым ты можешь доносить до людей информацию. В этом плане СМИ могут удивить только одним: глубочайшей аналитикой и инсайдеровской информацией. Потому, что все остальное люди могут делать сами с помощью телефона – прямые эфиры, горячие репортажи и прочее. Только аналитикой и эксклюзивным контентом сегодня можно удивить людей.

Айгуль Мирзаянова: До трех лет я говорила только на татарском.

«В октябре 2014 года у меня был уникальный опыт участия в проекте «Ике артист» («Два артиста»). Ведущая проекта предложила мне выступить вместе с популярным татаро-башкирским певцом Айдаром Галимовым. Татарский язык я хорошо понимаю, но говорить на нем стесняюсь из-за акцента. Дело в том, что до трех лет я говорила только на татарском языке. Мы жили тогда в Башкирии, и, когда моя мама привела меня в детский сад, воспитательница сказала, что ваша дочь совершенно неразвита. Причина – незнание русского языка. Моя мама родом из Муслюмово, из простой татарской семьи, где моя бабушка в послевоенные годы одна поднимала двоих детей... И мама с ужасом вспоминала свои экзамены в КГТУ, как ей надо было с татарского на русский переводить все тонкости таких предметов как биология, химия. На татарском экзамены тогда не принимали. Услышав слова воспитательницы, она сказала – моя дочь будет знать русский язык, как родной. С тех пор в нашей семье принято было говорить на русском языке. Возможно, это была общая ситуация для страны – тогда национальные языки не поощрялись. Интересно, что моя мама, став бабушкой, обучала татарскому языку мою дочь. И Алиса говорит красиво и без акцента!

Впрочем, в моей семье всегда звучали песни на татарском языке. Папа включал по утрам радио, национальный канал, и мы под эти песни сбирались в школу, на работу. Может, оттуда у меня любовь к татарской песне? Поэтому когда поступило предложение от проекта «Ике артист», я не раздумывала ни секунды, несмотря на свой акцент и тот незначительный факт, что я, вообще-то, не пою! (смеется)

Айдар Галимов, мега-звезда, находился в Уфе, и на репетиции приехать не мог, поэтому красивейшую песню «Син минем жанымнын яртысы» я разучивала самостоятельно. Благо, есть добрые друзья – Гузель Абульханова, дочь известного татарского композитора Шамиля Шарифуллина взялась ставить мне голос, а диктор ГТРК, на которую я любовалась в детстве по телевизору, помогла мне с произношением слов из этой песни. На репетиции отпущено было полтора месяца. И все! Айдара я увидела только перед выходом на сцену. Его красивый голос сделал полдела, а я прекрасно смотрелась в красивом платье (смеется). Хотя, по-моему, я спела тоже хорошо. Эти три с половиной минуты были настоящим полетом – настолько завораживающая и очень честная песня. Сердце пело. О любви, о нежности.»

Реклама

 

Нравится
Поделиться:
Комментарии (0)
Осталось символов:
Реклама
  • Куда звонить
  • мойтатарстан
  • инфографика стройтельство
  • .
  • Татарстна
  • иду на чемпионат
  • инфографика
  • WS
  • Баннер ТМ
  • Цитаты из журнала