Реклама
Новости/Эксклюзив
Видео
  • Финал национального чемпионата русский

Йусуф Бикчантаев: Ягафарова я теперь понимаю – к режиссуре надо очень серьезно готовиться

Йусуф Бикчантаев снялся в первом татарском игровом полном метре нового века девятилетним ребенком. Прошло 13 лет, целое поколение ровесников Йусуфа, которое росло уже при татарском игровом кино, сформировалось вместе с ним и делает свои первые шаги. Экранному мальчику уже 24 года, он покоряет олимп мастерства театральной режиссуры, пробует себя в качестве актера в родном театре Камала. Заметную роль он исполнил в премьере прошлого сезона – в спектакле «Все плывут и плывут облака» по произведениям Хасана Туфана, доказав, что режиссерская династия Бикчантаевых будет достойно продолжена.

В 2004 году в Татарстане было создано два полнометражных игровых фильма на татарском языке: «Куктау» Ильдара Ягафарова и «Зулейха» РамиляТухватуллина.
 «Куктау» в переводе означает «Небесная гора». В фильме рассказывается история взаимоотношений двух случайно встретившихся одиноких людей – мальчика-инвалида по имени Булат (Йусуф Бикчантаев) и взрослого мужчины – несправедливо осужденного Карима (Фарид Бикчантаев). Они познакомились накануне переезда Булата в Америку, где его ждали приемные родители. «Татарский мальчик должен жить на татарской земле», – решил Карим и отправился с ребенком в путешествие, чтобы отыскать его родную деревню. Синева Волги, сверкающие белизной соляные горы, зелень густой травы и тенистого леса – операторская работа Рафика Галеева превосходна. Тогда еще начинающий режиссер Ильдар Ягафаров вынес со съемок главный для себя урок: «Уметь стоять на своем – это одно из главных качеств режиссера, потому что картинку, конечный результат видит только он». 
«Куктау» побывал на VIII Форуме кино стран СНГ и Балтии в Москве. Затем было участие в III Международном фестивале кинематографических дебютов «Дух огня», проходившемвХанты-Мансийском автономном округе. В 2005 году «Куктау»получил на  XVI Открытом российском кинофестивале кинофестивале «Кинотавр» приз Гильдии кинопродюсеров. Лента также удостоилась одной из наград на 45-м Международном кинофестивале для детей и юношества в городе Злин (Чехия).

Далеко не каждый ребенок, выросший за кулисами театра, выбирает для себя стезю творчества. Дети актеров, как правило, лишены традиционного детства с семейными выходными и хорошо организованными праздниками. В такие дни родители ударно трудятся, оставляя детей на бабушек и дедушек (если повезет).«Они всегда в бешеном ритме жили. Я помню, когда они уезжали в Астрахань на теплоходе, я рыдал два дня, скучал. Не хотел отпускать их», – вспоминает Йусуф.

Закулисье – родной дом, театральная труппа – семья, остальная жизнь – за рампой. Сын знаменитого режиссера Фарида Бикчантаева и известной актрисы Люции Хамитовой, внук Рафката Бикчантаева и Наили Гараевой, все свое детство стремился быть обычным ребенком. «Я старался вообще не выделяться и вообще не любил, когда упоминали, что отец – режиссер, – признается он. – Яиграл в спектаклях «Эни килде», «Зэнгэр шэл», «Элдермештэн Элмэдэр», и поколение Искандера Хайруллина и Радика Бариева – они мне какие-то родные люди. А в школе я просто занимался тем, что нравилось».
Нравилось одаренному мальчику многое – он увлекался акробатикой, брейк-дансом, гитарой, чечеткой. Во всем старался достичь совершенства. «Я, вообще, был очень шебутным ребёнком, за миллисекунды мог оказаться в разных точках, бегал, прыгал постоянно. Какая-то энергия внутри меня было, куда-то ее нужно было выплескивать – стены бил в доме молотком, гантелями, громил все, тяга к вандализму в какой-то степени была. Я тренировался делать сальто и разломал в итоге диван», – смеется собеседник «Идели».
Подвижный ребенок с неуемным темпераментом матери искренне ненавидел музыкальную школу, куда его водила бабушка Наиля, но очень любил возвращаться с ней домой после занятий, прогуливаясь по Лядскому садику. Бабушка была его главным другом и утешителем. Он часто пропускал занятия в музыкалке, но при этом сдавал экзамены блестяще: «В такие моменты во мне что-то включалось», – говорит он. 
Актерское мастерство он постигал, готовясь к утренникам в детском саду – первым педагогом стала мама. Школьные спектакли и концерты, понятно, не проходили без участия Йусуфа. Первые шесть лет Бикчантаев-младший учился в 4-й гимназии, потом несколько месяцев в 116-й школе, затем ¬– в 3-й гимназии. Старшие классы он провел в 39-й «английской» школе, а последние два года перед выпуском провел в гуманитарном классе в лицее имени Лобачевского.

О своей роли в кино Йусуф Бикчантаев помнит плохо. Когда он окончил второй класс, их с отцом пригласили сниматься в игровом татарском фильме. Ребенка, предвкушавшего летние каникулы,такая перспектива мало вдохновляла – он всячески сопротивлялся ранним подъемам и злился на весь мир, когда затягивались дубли. «Самое яркое воспоминание – съемки на соляной базе в речном порту. Тогда мне показалось, что мы попали в другое измерение – там были такие огромные белые горы соли. И в одном из дублей, когда отец меня на большой скорости катил на инвалидной коляске, как-то он споткнулся, и я грохнулся и разодрал руки об эти соляные камни. Было очень больно, я это хорошо запомнил. Еще помню, когда снимали на теплоходе на Волге, я сильно проголодался. И мне дали холодный шашлык. Я глотал его, как голодный пес, и этот кадр вошел в фильм. Все мои воспоминания об этих съемках связаны с большим дискомфортом. В сцене сна, где мой герой встречает маму, лил дождь, и я сильно замерз под ледяным ветром. И я тогда психовал, что все снимается так долго. Ильдара Ягафарова я тогда возненавидел за свои мучения», – делится Йусуф с улыбкой.
Отец для него был непостижимым идеалом. Фарид Бикчантаев ненавязчиво приобщал сына к хорошей музыке, к джазу и классике, делился своими увлечениями, которые Йусуф с удовольствием перенимал. «У нас не было недопонимания, недомолвок, какой-то холодной войны. Отец любил разговаривать со мной о каких-то важных темах.Он мне рассказывал про деда, которого он запомнил, будучи ребенком, как на рыбалку с ним ходил, гулял, какие-то моменты душевные, семейные. Я просто знаю, что мой дедушка Рафкат – гениальный человек. Он же вообще, как говорят, – новатор,поднял татарский театр на новый уровень. Такая махина на самом деле, вообще поражаюсь, как вышло, что я – его внук», – говорит будущий режиссер. 

Реклама

После музыкальной школы он три года не притрагивался к фортепиано, но зато выучился играть на гитаре, увлекшись ею в лагере «Салят». Получив в секции базовые навыки, он усовершенствовал мастерство самостоятельно. Услышав на одной из школьных репетиций, как его одноклассник Коля играет джазовую композицию, попросил скинуть ему ноты и выучил ее от начала и до конца. Он тогда сел за фоно впервые после музыкальной школы. В тот момент он осознал фразу родителей: «Ты еще за музыкальную школу нам спасибо скажешь!» и попросил купить ему электрическое пианино. 
В 13-летнем возрасте у подростка возникло страстное желание исполнять брейк-данс. К этому моменту у него была блестящая физическая форма – домашние тренировки по акробатике и боевым искусствам дали свои плоды. Тогда он пришел в группу известного педагога по пластике и режиссера Рустама Фаткуллина. Поначалу было сложно освоить все элементы, а когда стало получаться, парня охватывала эйфория.«Помню, самое первое, чему мы учились, – “волны”, стойки всякие, “черепашки”, “дорожки”. У меня тогда особо не получалось, но я настолько сильно зажегся. Пришел домой после тренировки и начал родителям показывать, что увидел, на руки встал там, постарался на голове прокрутиться, у меня не получилось. Мама просила быть осторожнее, а отец подстебнул: “Да ты, конечно, крутой, первое занятие, и ты уже начал крутиться”. Когда у тебя начинает постепенно получаться, это такой кайф! Там же музыка классная, танцуют хип-хоп, фанк, диджейские эти штучки, свои законы, свои понятия, олдскул, баттлы. Рвался на тренировки, для меня это самое лучшее время было», – признается собеседник. Первым триумфом для пятнадцатилетнего Йусуфа стал баттл среди юниоров «Юла». Он занял первое место по номинации Powermove – силовые элементы, вращения на голове, флаеры. Первые свои деньги – 1 600 рублей –он заработал именно там. «Помню, как рукоплескали, подходили и респектовали “Йоу чел, четко делаешь”, – так они разговаривают. И “Еее, йоу-йоу, давайте разожжем этот танцпол вместе с вами, ееее, давайте разожжем это место!”».

После школы Йусуф Бикчантаев планировал изучать иностранные языки. Как вариант рассматривал романо-германскую филологию, но передумал, когда до него дошел слух, что это чисто «бабское заведение». Наткнувшись на информацию об институте востоковедения и увидев, что там можно изучать китайский язык, пошел туда, не раздумывая. Обладая музыкальным слухом, он легко и с удовольствием изучает иностранные языки. Английский он уже знал хорошо – смотрел американские фильмы, перенимая акцент. Достиг такого совершенства, что американцы интересовались, из какого он штата. 
Руководителя института востоковедения Джамиля Габдулхаковича Зайнуллина он вспоминает с большой теплотой: «Это очень сильная личность, бывший разведчик. Вообще, сильные люди держали этот институт, очень сильные преподаватели. Там около 160 человек училось, как маленькая семья», – говорит он. 
Китайским языком и культурой увлекся не на шутку. В начале второго курса татарский студент отправился на стажировку в Хунаньский университет. Особое внимание в изучении языка Йусуф Бикчантаев уделяет произношению, мелодике языка. Он говорит, что китайские диалектное произношение в регионах Китая настолько различаются, что передачи и фильмы по телеканалам всегда сопровождаются субтитрами  – иначе зрители могут просто ничего не понять. В стране он провел полгода. Адаптироваться к условиям общежития ему помог старший друг по «Саляту» Нариман, он консультировал земляка по вопросам денег, еды, быта. «Пришел я на первое занятие, заходит преподавательница, очень такая приятная женщина, очень грамотная, и все на китайском! Все! Ни одного английского слова. Это у них методика такая. Через месяц я уже понимал все, что она говорила.Я вернулся в Казань, очень тосковал по той жизни, и на втором семестре третьего курса я снова туда поехал. Но второй раз уже все конкретнее было, очень легко получалось общаться», – рассказывает Йусуф Бикчантаев.
Татарин к китайской жизни приспособился быстро и начал получать удовольствие от нее. Там сформировалась музыкальная группа: Йусуф играл на гитаре, бельгийка Венди была вокалисткой, китаец играл на бас-гитаре и на барабанах, а двое африканцев владели неисчислимым множеством музыкальных инструментов и поражали своим мастерством. Выступали в барах, давали концерты для иностранцев. «Там в плане подработки, если ты иностранец, как в раю живешь. Приходят в университет, в общежитие агенты всякие, отсматривают девушек на модельные всякие дела, увозят, привозят, им костюмы выдают и неплохо платят. Лидер нашей группы Трезор, он из Конго, в Китае пять лет живет, все организовывал. В месяц у нас по пять концертов было, выступали на открытиях автосалонов, магазинов, даже в другие города ездили. Житуха вообще кайфовая была в плане творческом, все настолько насыщенно было. Естественно, после приезда депрессняк был жесткий. Будто то, что было там – сон», – признается собеседник.
По возвращении Йусуф сожалел о том, что не остался в Китае. Он защитил диплом на тему «Тюркский каганат. Его экономические и политические взаимоотношения с Китаем» и подумывал об отъезде в Поднебесную. Но в какой-то момент он понял, что поедет поступать в ГИТИС на актерский факультет. Вот как вспоминает наш герой этот эпизод: «Когда меня вызвали в аудиторию, там сидело много народу, со мной беседовали, на импровизацию какие-то этюды давали, и я ощутил, что неплохо все идет, и к себе зал расположил, и смешок пару раз вызвал. Но потом меня поставили на место: “Молодой человек, у вас речевой аппарат не поставлен. Вы, конечно, красивый, можете во МХАТ попробовать, но этого недостаточно. Давайте на следующий год приходите”. Я как-то разочаровался, приехал в Казань. И отец мне предложил работать вместе с его третьекурсниками, помогать им спектакли ставить. С этого и пошло. Я уже третий сезон работаю. Теперь уже работаю с первокурсниками как ассистент, обучаю их иногда, ставлю с ними что-то. За три года уже набрался опыта, и в плане знаний, и практики, и материалов».

Второй штурм главного театрального вуза страны, уже режиссерского факультета, оказался также безрезультатным, несмотря на тщательную подготовку в течение полутора сезонов. Абитуриенты делятся на две категории – выпускников школ, которые легко проходят на бюджетные места, и выпускников вузов, которые борются за второе высшее, платное, образование. Йусуф подпал под вторую категорию, где конкуренция была очень жесткой. Гидом и советчиком для него стал старший товарищ, который учится в мастерской Сергея Женовача, Айдар Заббаров. «Вероятно, мой отец прав – мастер, к которому я шел, был не одной группы крови со мной», – с грустью констатирует Йусуф.
Сегодня он всерьез увлечен театральной режиссурой, и нет никаких сомнений в том, что эту вершину он рано или поздно покорит. На вопрос, почему он не поставит спектакль в родном театре, Йусуф ответил мудро: «У меня ни школы, ни базы. С какой стати я вообще буду работать с опытными и сильными актерами? Это же не самодеятельность, это профессиональное поле боя, и надо быть подготовленным». Сейчас он делает упор на образование и оттачивание мастерства. 
Самое главное – теперь он понимает Ильдара Ягафарова и сочувствует ему, ведь режиссер – это «мучительная профессия», и этому нужно серьезно учиться.

 

ФОТОГРАФИИ РАМИСА НАЗМИЕВА

Нравится
Поделиться:
Комментарии (0)
Осталось символов:
Реклама
  • Цитаты из журнала
  • Финансовая культура
  • Молодые актеры в образах юбиляров сезона
  • ВКЛ: вернисаж казанской литературы
  • СМИ
  • Театр
  • Цитатник